«Белорусский апокалипсис»

- 4 -

А ведь ничто не предвещало ни беды, ни даже сколько-нибудь серьёзных неприятностей. Сразу после сообщения о смерти Лукашенко все стали думать и гадать: «Ну кто же, ну кто же на его место?». Воспаряла оппозиция, осмелели газеты, но митингов решили не делать. В стране объявляли трёхдневный траур и портить себе имидж никто не хотел, все публично помалкивали. Началась мышиная возня. Лидеры партий кинулись шушукаться с министрами, министры рванулись в спецполиклиники за справками о болезни и умчались на дачи, депутаты наделали за день кучу фракций и начали консультации с оппозицией. Премьер Каялович находился в Минске, но молчал первые два дня, на третий день он выступил с сообщением о завтрашних похоронах и оппозиция заволновалась, увидев в Каяловиче ставленника бывшего окружения Лукашенко. В лихорадочной панике либералы, социал-демократы и консерваторы впервые показали чудеса организованности и оперативности. После выступления Каяловича они в течение пяти часов собрали на свою сходку десять депутатов парламента и каким-то чудом затянули туда председателя Национального Собрания. Сходку объявили оргкомитетом Всебелорусского собрания, которое наметили на послезавтра, но лидера не избрали, руководство размазали по ответственным за направления работы. В это время вокруг творилась муть времён Керенского. Партийцы собирали какие-то подписи, пару депутатов принялись за организацию неких всенародных движений, а в газетах появились фотографии прямого наследника белорусского престола, кто-то называл его царём, кто-то королём, кто-то самозванцем, кто-то шутом.

В день похорон хаос и политиканство затихли как бы на время. Этим и воспользовался Каялович. Через час после погребения он созывает всех силовых министров, председателя КГБ, председателя конституционного суда и объявляет себя исполняющим обязанности президента. Министры кивнули и взяли под козырёк. Насмерть перепуганный председатель Национального Собрания в тот же вечер собирает пресс-конференцию и клянётся в верности новому и.о. президента. Оппозиционные активисты пришли в непривычную им ярость и напряглись собрать десятитысячный митинг, но железные нотки в голосе Каяловича во время телевыступления заставили сомневающихся призадуматься — «а что, собственно, поменялось?».

- 4 -